«Вишнёвый сад» – о чувствах и просторах

Опубликовано 27.03.2019, автор .
Комментариев / просмотров: / 662

30 апреля 2019 года Саровскому театру драмы исполнится 70 лет. Это общеизвестный факт. А ещё много познавательного саровчане могут почерпнуть из интернет-проекта «70 фактов о театре». Всегда интересно читать о том, что было. Мы же хотим сообщить любопытный факт о том, чего никогда не было. И это, действительно, удивительно. За все 70 лет существования саровского драмтеатра в нём никогда не ставилась знаменитейшая пьеса Антона Павловича Чехова «Вишнёвый сад».

Китайские мудрецы говорили: «То, что случается – случается вовремя». Видно, настало то самое время, когда «Вишнёвый сад» должен появиться на сцене саровской драмы. Об этом и многом другом мы поговорили с режиссёром Антоном Неробовым, который уже на этой неделе представит своё видение бессмертной пьесы великого классика русской литературы.

– Антон Александрович, для начала – традиционный вопрос. Почему «Вишнёвый сад»?

– Выбор пьесы к постановке – это непростой процесс, в котором принимают участие многие службы театра. Прежде всего изучаются запросы зрителей. В городе есть потребность в классике в репертуаре. Попадание в настроение и ожидания горожан подтверждает то, что за две недели были раскуплены все билеты на два премьерных спектакля.
– Это радует, но и немного настораживает, не правда ли? Саровчане наверняка придут на спектакль с определёнными ожиданиями. Не обманутся ли они? Что их ждёт – авангардная постановка или классика в общепринятом понимании?
– Не буду раскрывать всех секретов, но ваших читателей успокою. Мы работаем как раз в классическом русле. Есть задача на чёткое попадание в эпоху в костюмах, на точное попадание в язык пьесы. Действительно, многие режиссёры сейчас (да и во все времена) пытаются как-то «усовершенствовать» пьесу, «натянуть» её на сегодняшнее время. И это, надо сказать, их право. Если вспомнить самые первые постановки, когда сам Антон Павлович принимал активное участие в творческом процессе, то и тогда происходили «режиссёрские» правки. И очень значительные. Так, например, Станиславский «выкинул» целую сцену с Фирсом, посчитав, что она затягивает действие. Вслед за Константином Сергеевичем так же стали поступать и все остальные. А для нашего прочтения «Вишнёвого сада» эта сцена оказалась чрезвычайно важной. И саровские зрители, одни из немногих, увидят её, услышат историю старого слуги.

Вот мы и подошли незаметно к ещё одному традиционному вопросу. О чём ваш спектакль?

– (Задумавшись.) Вы знаете, как только ты собираешься сформулировать свою мысль, она становится неправдой. То, что мы в процессе постановки всем коллективом чувствуем, осмысливаем, открываем для себя – сложно выразить в нескольких предложениях. Но, тем не менее, я попробую. Между пьесой «Вишнёвый сад» и нами – выжженная пропасть 20-го века. Понять этих людей сейчас, как и почему они так говорят, когда изменился даже русский язык, очень сложно.
Как я уже говорил, каждая эпоха «натягивала» Чехова на свою действительность. Случился 1917 год – Чехов стал «вестником революции» … Сейчас в Ленкоме Захаров перестроил все сцены, иначе расставил акценты, прохожих сделал китайцами, которые идут через всю Россию. Можно принимать такое прочтение, можно оставить его на совести постановщика… На мой взгляд, эти постмодернистские игры надо заканчивать. Наш спектакль – о том, что не меняется, какие бы перемены в политической и общественной жизни в стране не проходили. Люди точно так же, как и 100 лет назад, чувствуют: любят, тоскуют, предают, радуются, надеются.

Значит, главный вопрос «Вишнёвого сада» – вечные ценности? И как его можно решить?

– Да. Вы сейчас удивитесь, но чтобы его решить, надо начать с материальных вещей. Есть две главные проблемы – денег и просторов. Задайте ценителям творчества Чехова простой вопрос: какой площади вишнёвый сад? Ответ будет примерно следующим: ну, гектар, три, пять… А ведь Чехов очень конкретно говорит: «Если по 25 рублей за десятину, то вы получите 25 тысяч доход». Значит, 1000 десятин? Десятина в 1890 году – это 1,1 Га. То есть, 1100 Га только сад! А ведь есть ещё река, лес, поля… Представить себе это невозможно, нам, живущим в начале 21 века. Когда ты рождаешься с пониманием, что всё, что видишь до горизонта (и за горизонтом тоже) – твоё. Современный человек (большинство из нас) рождается в маленьких квартирках, максимум, что может себе позволить – несколько соток земли. Проблема денег и пространства дают целостное решение спектакля. Совершенно другие характеры выходят вдруг. И другие отношения.

Получается, Раневская в нашем случае – вовсе не наивная и непрактичная женщина, которая не понимает цену денег, не заботится о своих родных?

– Ну, позвольте, как же она не заботится? Чехов даёт нам чётко понять, что Раневская не примет 90 тысяч переплаты. Всё это останется брату, дочерям. Все будут вполне обеспечены и счастливы.

Антон Александрович, «Вишнёвый сад» – последняя пьеса Чехова, критики называют её вершиной творчества драматурга. Вам сложно было браться за работу? Вы опирались на какой-то опыт российских или зарубежных режиссёров?

– Конечно, пьесе более 100 лет. Невозможно стереть из памяти то, что когда-то ты уже видел. Что касается величия пьесы, надо понимать, что Чехов не писал шедевр. Он жил в этом времени, творил и совершенно не думал, что создаёт нечто монументальное, что будет жить в веках. Это была пьеса об актуальной российской действительности. И поэтому первое, с чего мы начали работу над спектаклем, – с изучения того времени. Как люди говорили, как они одевались, какие песни и романсы тогда были популярными. Мы постарались воссоздать дух того времени. Более того, в первом акте будет звучать много живой музыки.

То есть можно смело вести школьников на «Вишнёвый сад», чтобы они погрузились в атмосферу начала 20-го века?

– Давайте скажем так. Машины времени у нас нет, да и времени на создание исторически точных декораций тоже. Сценическое пространство нашего спектакля – это решение, которое по ходу действия меняется. Но расслабиться и сказать себе, что я увижу классическое произведение с современными акцентами можно. Надеемся, что всё получится гармонично.
Что ж, мы беседовали с Антоном Неробовым за неделю с небольшим до премьеры. В тот момент весь театр напряжённо работал – дошивались костюмы, шли репетиции на сцене, выставлялся свет и т. д. «ГС» выйдет за несколько дней до премьеры. Мы надеемся, что совпадение имён режиссёра и автора пьесы – это счастливый знак. Во всяком случае, искренне желаем удачи и вдохновения и Антону Александровичу, и всем причастным к созданию спектакля. А мы с вами встретимся в театре.

Беседовала
Анна Шиченкова


Присоединяйтесь!